Гоголь в грязи

размещено в: Новости СМИ | 0

Крымская правда 24.10.2006

Гоголь в грязи.

Гоголь в СакахКощунство об этом даже подумать, а я написал. Каждый специалист скажет: вот даёт, писака, какой смелый! Или может, я настолько безнравственный и богохульный, что великого писателя в грязь вымазал для привлечения читателя-обывателя, всегда любящего что-то липкое и скан­дальное. Да нет, просто опустил слово «лечебная». Так что правильно нужно читать «Гоголь в лечебной грязи». Когда это было!

В 30-е годы XIX столетия Крым приобретает имидж «волшебного края, очей от рады». Выходят объёмные описания местности побывавшими здесь путешественниками, учёными, писателями, поэтами. Так, П. Сумароков в своей объёмистой книге «Досуги крымского судьи» преподносит «живопись, описание и само воображение слабые дают понятия». Да нет, там «рай на земле».

Николай Васильевич Гоголь — уроженец Украины, а не видел благословенной земли, хотя в повести «Тарас Бульба» даёт живописную и красочную картину татарского набега на Запорожскую Сечь. После он уже знаменит в России, стал профессором Петербургско го университета. А тут каникулы подоспели, и махнул он через родную Полтаву в Крым, где «странствовал для здоровья и для того, чтобы повидать его». (Так он потом написал профессору И. И. Срезневскому).

В то время был известен и действовал один Сакский курорт. О его минеральных грязях рассказывал в своё время всё тот же Сумароков, а евпаторийский уездный лекарь Оже описал состав грязей, методы и способы их применения. Уже тогда курорт Саки рассылает в столичные издания своё «Извещение о заведении сакских целительных грязей». Слава и известность курорта росли. В 1835 году здесь лечилось 165 пациентов. Внушительная цифра для того времени.

И вот Николай Васильевич приехал в Саки. Встретило Гоголя скромное селение, где жили 270 обывателей и стояли 130 домов. И, как потом писал В. А. Жуковскому, он «пачкался в минеральных грязях».

А делалось это на свежем воздухе: утром на берегу солёного озера подбиралось удобное место, но без соляных кристаллов, выкапывалась яма в аршин глубины и в три аршина длины. Солнце хорошо прогревало её к обеду. Нагой пациент ложился в яму на спину. Тёплой грязью вымазывали ему всё тело, кроме головы. На неё навязывали платок, для защиты от жар кого солнца ставили тент из холста или зонт. В яме пациент нежился два-три часа, попивая квас, кумыс или другие «прохладительные питья». Практиковались ванны и в помещении. Тут лечебную грязь разводили рапой в каменных бадьях.

Могу представить, как Гоголь принимал ванну в чёрной сметане, ведь я тоже лечился грязью, только в Мойнаках, в Евпатории. У меня был раз дроблен голеностоп. По бесплатной путёвке приехал в санаторий, ванну принимал в помещении, закрытом простынями. Смазливенькая санитарочка ляпнула комок грязи на голеностоп, «включила» пе сочные часы и ушла. А грязь была мягкая, жирная, словно масло, хоть на хлеб намазывай. И я, конечно, на макушку наложил аппетитный слой, чтоб не лысела буйная головушка. Полежал, ощущая, как приятная истома идёт от теплоты.

Лежу, почти весь в ваксе, испытывая томленье тела, и радостные мысли стучат под грязным компрессом. Санитарка выразительно покрутила пальцем у виска, увидев моё вымазанное лицо и другие детали тела.

Вот и Николай Васильевич в блаженстве лежал в грязевой купели, млея от счастья, от солнца, от свежей бузы. И нос его ироничный, чуть острый, выглядывал из-под платка, а может, он тоже голову выпачкал грязью. Глаза, как две оливы, смеющиеся и с хитринкой. Интересно, а капала у него водичка с носа, как у меня, когда я под грязью хорошо потел? Предполагаю, что сюжет повести «Нос» у Николая Васильевича родился именно в сакской грязи. Уж больно здесь хорошо мысли плывут под жарким солнцем и под лечебной грязью. В память от пребывания па­циента с ироничным воображением установлен в сакском курортном парке бюст писателя с мемориальной доской, на которой начертано: «Великий писатель Николай Васильевич Гоголь был на Сакском грязевом курорте в июне 1835 года».

Ах, как жаль, что не добрался «на перекладных» Николай Васильевич на Южный берег и не написал прелестную арабеску о Ялте. А ведь мог бы «Ревизором» пройтись по нашим улицам, раньше пахнущим розами, а сей час бензиновой гарью. Разве можно так курорт за грязнять? И куда смотрит городничий? Увы, Гоголь больше не проскачет на тройке по русской благодатной земле. А улица его имени есть в каждом уголке Российского государства великого.

Владлен АВИНДА.